Я замуж не хочу (женская история)

0
249
Фея из сказки

Муж ушел к другой. Бывает, конечно, но почему именно от меня? Мы вроде хорошо жили. Во всяком случае, первые четыре года из пяти, прожитых вместе. Правда, все хорошо было! Единственное, что меня не устраивало, — Игорь никак не мог созреть, чтобы сделать официальное предложение. Не подумайте, я вовсе не давила на любимого, просто терпеливо ждала. И дождалась. Штамп в паспорте появился, а сказка закончилась. Перефразируя известную пословицу: что женщине хорошо, то мужчине… Ну, может, и не смерть, но к браку они относятся явно иначе, чем мы.

После свадьбы с Игорем стали происходить метаморфозы. Из веселого ласкового парня он превратился в желчного и вечно критикующего меня зануду. Кто знает, может, это на мужчин таким пагубным образом действует утрата свободы, или они считают, что после свадьбы жена переходит в безраздельную собственность: мол, моя вещь, что хочу, то и делаю… Так или иначе, из разряда законных супругов Игорь очень скоро вернулся к статусу гражданского мужа. Только, увы, не моего. Как же паршиво мне тогда было! Даже подруг видеть не хотелось. Вот и приходилось плакаться… зеркалу.

 — Уйду в монастырь! — сказала я своему отражению, когда осталась одна.

 Не ушла, конечно. Так, только попугала себя немножко. Да и куда я уйду, если шеф требует сдать отчет, а у мамочки юбилей наносу…

Во время второго диалога с зеркалом (в день расторжения брака) поклялась: «Больше никаких мужчин!» Клятва была искренней, но невыполнимой. В пожизненные мужененавистницы записаться не получилось. Держала данное обещание полгода, пока за мной не начал ухаживать парень, с которым я познакомилась на вечеринке у коллеги. Саша был обаятельным, чуть застенчивым, симпатичным и обладал отменным чувством юмора. В общем, был таким милым, что, вернувшись с третьего свидания, решила: «Я хозяйка своего слова. Сама дала, сама и…»

После этого подошла к зеркалу и доверительно сообщила: «Ну ладно, с мужчинами встречаться буду. Хотя бы с Сашей. Но больше никаких штампов в паспорте! Никогда! Ни за что!» Уже через три месяца Саша сделал мне предложение. В смысле, руки и сердца. Ужасно не хотелось обижать его отказом, но я по-прежнему боялась официального брака как огня: слишком хорошо помнила, насколько изменился после свадьбы Игорь…

 — Сашенька, может, не будем торопиться? — слукавила я. — Куда спешить? Давай сначала привыкнем друг к другу, притремся, а уж потом…

 — Давай, — согласился он. На мой взгляд, даже слишком быстро согласился, наверняка тоже не жаждет «заклеймить» паспорт штампом, а свою жизнь — обязательствами.

 — Вот и хорошо, — обрадовалась я.

 — Угу… — кивнул любимый. — А как мы будем привыкать друг к другу? Ты на своей улице, я — на своей? Если замуж пока не хочешь, может, хоть съедемся?

Два отказа в течение часа — такого удара ни одно мужское самолюбие не вытерпит. И я согласилась съехаться, хотя так до конца и не поняла, правильно поступаю или нет. Правда, условие поставила: «Только, чур, ты ко мне…» Дело в том, что Саша жил с родителями, я же входить в их семью в роли невестки (пусть даже такой, не совсем настоящей) была совершенно не готова. А дальше, как в сказке: «Стали они жить-поживать и добра важивать». Добро духовное наживалось тоннами: я буквально на клеточном уровне ощущала, как «растут» наши чувства — с каждым новым днем было все больше любви, нежности, заботы. Какая я была глупая, когда считала, что у нас с Игорем все в жизни хорошо! ХОРОШО — это сейчас, с Сашей. С наживанием добра материального обстояло не так гладко. И дело было вовсе не в финансовых проблемах.

Мы оба зарабатывали достаточно, чтобы купить, к примеру, новую двуспальную кровать или нормальный холодильник взамен дребезжащего раритета времен развитого социализма. Но в крошечную съемную «однушку» просто немыслимо было втиснуть, ни кровать, ни холодильник. Промучившись около месяца на тахте «Юность», рассчитанной на подростка 11-15 лет, мы с Сашей пришли к поистине гениальному решению: снять другую квартиру. Главное условие — чтобы попросторнее. Но затем на это основное и другие «понарастали »: чтобы обоим удобно было добираться на работу, чтобы мебель и техника были не «убитые», рядом располагался парк или лес… И еще с десяток таких же важных для комфортной жизни «чтобы». Стали искать подходящие варианты.

Но вдруг… Приступ аппендицита всегда случается вдруг — закон подлости в действии. Около двенадцати ночи скорая увезла Сашу в больницу. Меня в машину не взяли — добиралась на такси.

 — Ехала бы домой, девонька, — посоветовали в приемном покое. — Пока операцию сделают, пока от наркоза отойдет… Да ты не переживай, ведь не сердце же ему пересаживают, для наших хирургов аппендикс вырезать — тьфу, ерунда. А утречком приедешь, твоего уже из реанимации в обычную палату переведут…

Нянечка была права на все сто процентов, и я последовала ее совету. Только все получилось немного не так, как она говорила. У Саши после операции случилось осложнение. Три дня держалась высокая температура, и все это время он пролежал в палате интенсивной терапии. Я обязана была находиться рядом: ухаживать, поддерживать морально. Но тут случилась накладка…

 — Вы кем Свиридову приходитесь? — преградила мне путь медсестра.

 — Невеста, — позволила себе маленькую ложь. Тут же выяснилось, что маленькая ложь не годится, нужна была большая.

 — Не положено! В реанимацию пускаем только родственников — супругов, родителей и детей, — отрезала тетка и стала наступать на меня.

 Я разозлилась и перешла на крик:

 — Как это не положено? Вы не имеете права! — и тоже пошла на нее грудью. Но что мог мой жалкий первый размер против ее шестого? Тетка буквально выдавила меня бюстом из отделения, бесконечно повторяя, как попугай:

 — Ишь, какая умная нашлась. Ходют тут всякие… Невесты без места!

Я запоздало сообразила, что нужно было дать ей денег, и попыталась исправить ошибку, но тетка уже видела во мне врага и от взятки отказалась. Так я три дня и просидела в холле под хирургическим отделением… Слава богу, все закончилось благополучно — Сашу выписали, и мы снова приступили к поиску жилья. Наконец нашли то, что искали. Ну, то есть абсолютно то, что надо! Все наши «чтобы» плюс высокие потолки, плюс отличная библиотека — читать не перечитать. Даже окна на восток, как я люблю. Хозяйка, милая старушка с седой «дулькой» на затылке и в кружевном воротнике, неожиданно перестала быть милой, заглянув в наши паспорта.

 — Так вы не расписаны?! — гневно воскликнула она.

 — Пока что нет, — признались мы, напирая на слово «пока».

 Но старушка была непреклонна.

 — Разврата в своем доме не потерплю! — заклеймила нас позором. — Вот станете мужем и женой, тогда милости прошу, а пока…

 — Слушай, а не проще ли нам пожениться? — спросил Саша, когда мы вышли на улицу. — Смотри, сколько сразу проблем решается… И в реанимацию, если что, тебя любая церберша пропустит без звука, и такие вот борцы за нравственность, как эта бабуля, с радостью сдадут молодой семье апартаменты. Да и ребенку, между прочим, лучше расти, когда его родители…

 — Что ты сказал? — взволнованно перебила его. — Какому ребенку?

 — Нашему. Ведь родится же он рано или поздно! Лично я настроен на «рано». И лучше если даже не один. А ты что, другого мнения?

На следующий день мы подали заявление в загс. С тех пор прошло три года. Со всей ответственностью заявляю: все мужчины меняются после свадьбы. Только некоторые, как мой Саша, в лучшую сторону!

Рейтинг (1 голос):
Сейчас читают